Блоги

21 Июля

К этому времени мы, скорее всего, уже в какой-то мере освободимся от самых вопиющих наших изъянов. Порой мы переживаем мгновения чего-то похожего на настоящий душевный покой. Для тех из нас, кто прежде испытывал лишь состояния возбуждения, депрессии или беспокойства (короче, для всех нас), этот обретенный покой – бесценный дар.

«Двенадцать Шагов и Двенадцать Традиций»(стр. 74)

Я учусь давать событиям идти своим чередом и полагаться на Бога, держа свой разум открытым, а сердце – готовым принимать Божью милость во всех моих делах. Благодаря этому я ощущаю покой и свободу, которые приносит препоручение себя Богу. Доказано, что капитуляция, вызванная отчаянием и поражением, может перерасти в постоянное проявление веры, а вера означает свободу и победу.

20 Июля

Тогда слова «Сам по себе я – ничто, все это делает Отец Небесный» наполняются смыслом и несут в себе надежду.

«Двенадцать Шагов и Двенадцать Традиций» (стр. 75)

Приступая к выполнению Седьмого Шага, я должен помнить, что в нем нет никаких пробелов, которые нужно заполнить. В нем не сказано: «Смиренно просим Его (вписать недостающее) устранить наши недостатки». Годами я заполнял воображаемый пробел словами: «Помоги мне», «Дай мне мужество», «Дай мне силы…» и т.п. Однако в Седьмом Шаге просто говорится, что Бог устранит мои недостатки. Единственное усилие, которое от меня требуется, – это «смиренно попросить». Для меня это означает просить, понимая, что сам я – ничто, а все в моей жизни «делает Отец Небесный».

19 Июля

Многие из нас, кто считали себя верующими, поняли ограниченность таких представлений. Отказываясь отводить Богу первое место, мы тем самым лишаем себя Его помощи.

«Двенадцать Шагов и Двенадцать Традиций» (стр. 75)

Ложные представления часто порождают ложную гордость. Надежда, которую дает нам Содружество АА, направляет нас к достойной жизни. Шедшие по этому пути годами, день за днем, говорят, что, если человек живет, ставя на первое место Бога, ему открываются безграничные возможности для духовного роста. Это действительно так, и опыт старших членов АА нас обнадеживает.

Я благодарю свою Высшую Силу за то, что Она дала мне понять, что Она действует через людей. Я благодарю Ее за наших облеченных доверием исполнителей, помогающих новым членам АА отказаться от ложных идеалов и принять те, что ведут к жизни, полной сострадания и доверия. Ветераны АА призывают новичков сначала просто «прийти», чтобы они смогли затем «прийти к убеждению». Я прошу свою Высшую Силу помочь мне избавиться от неверия.

18 Июля

Самым важным результатом познания нами сущности смирения стало изменение нашего отношения к Богу.

«Двенадцать Шагов и Двенадцать Традиций» (стр. 75)

Сегодня мои молитвы в основном состоят из слов благодарности Высшей Силе за мою трезвость и за щедрость Ее даров. Однако мне также необходимо просить помощи и силы, чтобы исполнить Божью волю в отношении меня. Мне больше не нужно, чтобы Бог ежеминутно выручал меня из ситуаций, в которые я сам себя загоняю, когда не исполняю Его волю. Сейчас, как мне кажется, моя благодарность напрямую связана со смирением. Пока у меня хватает смирения благодарить Бога за то, что я имею, Он не оставит меня Своей милостью.

17 Июля

Моя устойчивость вырастала из стремления отдавать, а не из требования получать.
Такой подход, по моему мнению, действует и в отношении эмоциональной трезвости. Если мы проанализируем любую неприятность, большую или не очень, то в основе ее обнаружим некую нездоровую зависимость и вытекающие из нее нездоровые требования. Давайте же с Божьей помощью отказываться от этих притязаний, сковывающих нас. Тогда мы станем свободными для жизни и любви. Тогда мы сможем с помощью Двенадцатого Шага вести себя и других к эмоциональной трезвости.

«Язык сердца» (стр. 238)

Годы зависимости от алкоголя – химического вещества, изменяющего сознание – лишили меня способности эмоционально взаимодействовать со своими близкими. Я считал, что должен быть самостоятельным, надеяться только на себя и сам строить свою жизнь в мире людей, на которых нельзя положиться. В конце концов, я потерял уважение к себе и оказался один на один со своей зависимостью, не способный ни доверять самому себе, ни верить во что-либо. Капитуляция и самоанализ, в сочетании с общением с новичками, помогли мне смиренно попросить о помощи.

16 Июля

И каждый раз боль – цена, которую приходится платить за новую жизнь. Но за эту плату мы приобретаем больше, чем ожидаем. Мы получаем такое смирение, которое, как вскоре выясняется, исцеляет боль.

«Двенадцать Шагов и Двенадцать Традиций»
(стр. 75)

Несмотря на то, что удача от меня ускользала, мне было трудно отказаться от попыток контролировать свою жизнь. В тяжелые моменты я пил, чтобы забыться. Принять жизнь такой, какая она есть, позволяет смирение, которое я обретаю, препоручая свою волю и жизнь Богу, как я Его понимаю. Когда моя жизнь – в руках Бога, я перестаю реагировать на нежелательные жизненные ситуации страхом, неуверенностью и гневом. В такие периоды боль исцеляется благодаря знанию, что мне дана духовная сила для выживания.

15 Июля

На протяжении тысячелетий мы требовали большей доли обеспеченности, славы и любви, чем нам причитается. Когда нам, казалось, удавалось добиться своего, мы пили, чтобы строить еще более грандиозные мечты. Потерпев же в чем-то неудачу, мы пили, чтобы забыться. Нам всегда хотелось иметь еще больше того, что, по нашему мнению, нам требовалось.

Во всех этих устремлениях, многие из которых были благими, обнаруживался наш уродливый изъян – отсутствие смирения. Нам не хватало прозорливости, чтобы понять: на первом месте должны стоять моральное самосовершенствование и духовные ценности, а удовлетворение материальных потребностей не должно быть целью жизни.

«Двенадцать Шагов и Двенадцать Традиций»
(стр. 71)

Вновь и вновь я брался за Седьмой Шаг – только для того, чтобы отступить и собраться с силами. Мне явно чего-то недоставало, и смысл этого Шага ускользал от меня. Что же я упускал из виду? Единственное слово, прочитанное, но проигнорированное, которое лежит в основе всех Шагов и, по сути, всей Программы АА. И это слово – «смиренно».

Я распознал свои недостатки: постоянно откладываю решение «на потом», вспыльчив, слишком жалею себя. И я стал думать: почему именно я? Затем я вспомнил, что «Гордыня предшествует падению», и убрал гордыню из своей жизни.

14 Июля

Смирение, которое прежде воспринималось как вынужденное глотание невкусной похлебки, становится полезным питательным веществом, приносящим душевный покой.

«Двенадцать Шагов и Двенадцать Традиций»
(стр. 74)

Как часто я бываю поглощен своими проблемами? Если у меня «хороший день», те же самые проблемы теряют свою значимость, и я уже не так ими озабочен. А не лучше было бы, если бы мне удалось найти ключ к «волшебству» моих «хороших дней» и использовать его в тяготах «дней плохих»?

У меня уже есть решение! Вместо того чтобы убегать от боли и мысленно гнать от себя проблемы, я могу молиться о смирении! Смирение излечит боль. Смирение выведет меня из заточения моего «эго». Чтобы получить смирение, эту силу, даруемую мне Богом, мне достаточно просто попросить! Смирение восстановит равновесие в моей жизни и позволит мне радостно принять свою человеческую сущность.

13 Июля

Пока мы рассчитывали прежде всего на собственные силы, настоящая опора на Высшую Силу исключалась. Отсутствовал основной элемент всякого смирения – желание познать Божью волю и следовать ей.

«Двенадцать Шагов и Двенадцать Традиций»
(стр. 72)

Когда я пришел в АА, то желал обрести некое качество, называемое смирением, о котором имел лишь смутное представление. Я не осознавал, что искал смирения лишь потому, что думал: оно поможет мне получить то, чего я хочу. Я готов был сделать для людей что угодно, надеясь, что Бог так или иначе вознаградит меня за это. Сейчас я стараюсь помнить, что люди, которых я встречаю на своем пути в течение дня, настолько же близки к Богу, насколько близок к Нему я, пока живу на этой земле. Мне нужно молиться о познании Божьей воли на сегодня и постараться увидеть, как мой личный опыт надежды и боли может помочь людям. Если мне это удается, значит, мне нет нужды искать смирения – оно само нашло меня.

12 Июля

Ибо без некоторой степени смирения ни один алкоголик не сможет оставаться трезвым… Без него у них в жизни не будет особо полезной цели, и они не смогут опереться на веру в трудные моменты.

«Двенадцать Шагов и Двенадцать Традиций»
(стр. 72)

Почему я противлюсь слову «смирение»? Ведь я смиряюсь не перед другими людьми, а перед Богом, как я Его понимаю. Смиряться – значит проявлять «покорное уважение», осознавая, что я – не пуп Вселенной. Пока я пил, я всецело был во власти гордыни и эгоцентризма, считая, что мир вращается вокруг меня и что я – хозяин своей судьбы. Смирение позволяет мне больше полагаться на Бога в преодолении жизненных трудностей и в избавлении от недостатков, чтобы я мог духовно расти. Для повышения своего мастерства я должен решать все более сложные проблемы, а когда на моем пути возникают препятствия – учиться преодолевать их с Божьей помощью. Ежедневное общение с Богом доказывает мое смирение и позволяет мне осознать, что Некто более могущественный, чем я, готов помочь мне, если я перестану мнить себя Богом.