Спикерское выступление Ирины. Созависимость.

0
611

Всем привет! Я Ирина, созависимая. Благодарю вас за приглашение. Это моя первая спикерская, несмотря на то, что я в Ал-Аноне уже почти три года.

Мой сын пил лет десять. Вначале я не подозревала, что это проблема. Мы могли вместе выехать на рыбалку, вместе отмечать что-то. Мой сын был весельчак, балагур, и я была всегда рада тому, что у меня такой веселый и общительный сын. Но со временем, а он еще попал в такую семью… Впрочем, семья не виновата, алкоголик всегда виноват сам, виновата его болезнь. Со временем сын стал запойным. Он мог не пить полгода, два года, но потом срывался и уходил в страшные, просто ужасные запои. Я, наверное, как и все присутствующие здесь, пыталась сначала делать все: я его и лечила, и возила за границу, говорила: «Вот, смотри, как надо жить! Надо работать весь год, а потом ехать за границу отдыхать. Зачем ты пропиваешь деньги?» У нас случилось так, что мы продали четырехкомнатную квартиру и деньги разделили на троих: дочка, я и сын. До этого он не пил почти год, даже больше. Поэтому я отдала сыну его долю, у него была своя семья. Но на следующий день он напился и пил, пока не пропил все 37 тысяч долларов. Они у него вываливались из карманов. Он ходил «пальцы веером», он ложился в больницы, когда ему было уже совсем плохо и орал там: «Меня – в VIP-палату!» Вот так это было. Ну и я, конечно, если он был в больнице, туда лечу. Я бегу в магазин: конфеты, печенье, минералочки, сигарет. Все-все туда ему тащу. Когда он запивал где-то у друзей, они мне потом звонили: «Тетя Ира, приезжайте, забирайте!» Ну и я как добрая мама «включала мигалку», мчалась, забирала, куда-то везла, находила врачей, чтобы его прокапали. А он по дороге ставил мне условие: «Купи мне тоник, иначе я выпрыгну из машины на ходу!» И все в таком духе. И когда его капают, его мама с таким умилением смотрит на этого детину под два метра ростом. И вот он под капельницей выспится, просыпается голодный, и мама помчалась: кефирчик, колбаски, лепешки… И только придя в Ал-Анон, я поняла, что же я творила.

Я, как и все, наверное, искала способы его спасти. И я наткнулась на группу анонимных алкоголиков. Она тогда была где-то на Толе би, ребята тогда еще в парке собирались. Я пришла к ним. Сначала я пообщалась с ними на лавочке на улице. Потом я приехала на группу с сыном. Они зашли в здание, а я осталась в машине и ждала его полтора часа. И я смеюсь сейчас, говоря, что вот такая была моя первая, собственная группа Ал-Анон. Сын несколько раз сходил на группу и перестал ходить. Прошло какое-то время, полгода или год, не помню, которое он не пил, но потом он опять сорвался и ушел в запой. Я опять стала искать анонимных алкоголиков. Я их нашла на 8 Марта. Я пришла, и хотя это была не открытая группа, они меня приняли, а потом отправили в Ал-Анон. Когда я пришла в Ал-Анон, группа только открылась, было несколько человек всего. И там я услышала то, как я себя неправильно вела. Я поняла, что своим поведением я только поощряла его алкоголизм. Например, тем, что я отдала ему деньги. Хотя… все мне говорили, что я зря отдала ему деньги. Но у меня другого выхода не было. Я просто говорила: «Это легко сказать!» Это была его доля. Если бы я ее ему не отдала, а у меня был горький опыт, когда он мне отдал 10 тысяч долларов с продажи машины и сказал: «Мама, пусть они лежат у тебя от греха подальше». Но потом он успешно напивался, приходил и орал под окнами: «Это мои деньги! Отдай!» Вот представляете, что было бы, если бы я ему не отдала эти 37 тысяч долларов?! Он бы все равно приходил и выпрашивал их. Мне говорили: «Ну купила бы квартиру ему!» Ну и что? Я потом ходила бы, платила за его квартиру, а он собирал бы там притоны. Опять не вариант, правда ведь! Если бы я на него оформила квартиру, он по любому бы ее продал и пропил. Если бы я оформила ее на себя, мне бы пришлось за нее платить, и милиция приезжала бы ко мне из-за этих его пьянок. В общем, другого выхода не было. Ну, я считаю, что это был хороший опыт, хотя и дорого нам обошелся. Мой сын ходил несколько раз на группу. Ребята все его знают, он всех знает, группа как-то собиралась у меня дома, он тоже там присутствовал. Но, видимо, это не для него, он в АА не стал ходить. Выздоравливаю я. И благодаря тому, что я начала выздоравливать, сын своей болезнью стал заниматься сам. Он, если в запой уходит на три месяца, потом сам выкарабкивается. Он сам едет куда-то в больницу, сам ложится. Потом он сам начал ездить куда-то в Каскелен. Единственный раз сын попросил меня свозить его, когда у него не было машины. Я свозила. Его там прокапали и в результате «подшили». Но этого тоже ненадолго хватило, где-то на год. И вот сын мне звонит и говорит, что сорвался. Я ему говорю: «Ты меня извини, но у нас с тобой договор: если ты не пьешь, то можешь жить дома (он жил тогда со мной, т.к. развелся с первой женой). Если ты пьешь, то… извини!» И понеслось: «Что, если я пью, то мне и домой нельзя?!» «Да, сынок, нельзя. Я не могу. Я, сынок, уже не в том возрасте, у меня нет здоровья это все видеть. Я не могу!» Я не могу сказать, что я жила прекрасно. Но было хуже, когда я видела, когда сын ковыряется в машине, достает припрятанную чекушку и пьет ее из горла или куда-нибудь наливает. Вот тогда мне было хуже, чем когда я его не вижу – где он, чем занимается. Хотя, конечно, я страдала, я переживала. Потом он пропал на три месяца. Просто пропал. Единственное, мне помогало, что я видела, что он выходит в вотсап. Значит, живой. Он не звонил, и я не звонила. Но я постоянно ходила на группы Ал-Анон и АА. Я не пропустила ни одной открытой группы Анонимных Алкоголиков. Это мне очень помогло увидеть другую сторону медали. Увидеть их, понять, что это болезнь. Они все – замечательные люди. Вы, наверное, слышали фразу: «Трезвый он – хороший человек, а пьяный…» Как они сами о себе говорят: «В нас сидят два человека, один хороший, другой – плохой. Хороший говорит: «Не надо, не пей, не нужно тебе это! А другой говорит: «Ну ладно, ну выпей чуть-чуть, ничего страшного!» И вот однажды, когда мой сын пропадал три месяца, я пришла на группу АА. Я говорила там, что я, конечно, переживаю, но стойко стою на своем. После группы я разговаривала с одним анонимным и спрашивала, как мне быть. Я рассказала о своих переживаниях, о том, что сын мне не звонит. И он сказал: «И вы ему не звоните. Симку вытащите и выбросьте, тогда он, если начнет звонить, вас не найдет. И вот тогда у него будет паника». У этого анонимного был свой такой опыт, он сказал, что когда-то очень обижался на свою маму, а теперь ей очень благодарен. Вот такая была ситуация.

Потом сын сам лег в больницу, подлечился там и начал мне писать: «Мама, у тебя такая красивая на аватарке фотография. Т.е. стал заходить издалека)) Я молчу. Ну потом мы, конечно, помирились, и он какое-то время не пил. Но однажды, я сижу на группе, и раздается звонок. Сын сказал: «Мама, я сорвался!» Я говорю: «Сынок, ну а я что могу сделать? Вот ты меня оповестил. А что я могу сделать? Ты прекрасно знаешь, что я очень люблю своего сына. Но я ненавижу вот этого алкаша, который в тебе сидит. Я его ненавижу! Поэтому, пожалуйста, со своей проблемой разбирайся как-то сам». Конечно, меня это поддернуло, я подпрыгнула, мне это было очень неприятно, потому что каждый раз надеешься: «Ну вот, ну вот! Ну, наверное, уже понял!» Все стало меняться благодаря моему поведению, благодаря Ал-Анону, благодаря инструментам, которые у меня есть, потому что Программа – это не просто на группу ходить, это большой труд. Конечно, я за сына молилась и считаю, что Всевышний ответил на мои молитвы. У меня было два спонсора в Ал-Аноне. С одной я прошла пару шагов. Со второй мы дошли до четвертого шага, и тут у меня приехала дочка с зятем на месяц. И, в общем, я забросила все, и мы разбежались. И что вы думаете! Моим третьим спонсором стал анонимный алкоголик. Я бы никогда не подумала, что анонимный алкоголик будет моим спонсором, что он поведет меня по шагам. И у нас с ним все замечательно получилось, мы прошли 12 Шагов, в конце попили чай с тортиком. Все было супер! Ведь Ал-Анон и АА, и любое другое сообщество по зависимости – это одно целое. И именно в Программе я поняла слова Серафима Саровского: «Если вы хотите изменить мир – начните с себя!» И когда я стала вести себя так, как рекомендуется в Программе, когда люди делятся своим опытом, мой сын сам закодировался еще раз, но на этот раз он все делал сам. И после этой кодировки он начал мне писать: «Мама, эта такая страшная кодировка! Я прямо умирал, и меня с того света еле вернули!» Я отвечала: «Сынок, ну кто в этом виноват? Ты сам себя до этого довел!» Я теперь понимаю, что это были его очередные манипуляции. Что он хочет, чтобы я его опять пожалела. Поэтому я ему сказала: «Это твоя проблема. Ты сам себя в нее вогнал, поэтому сам и решай. А мне надо жить как-то! У меня есть дочь, у меня есть внуки. И мне хочется жить! Потому что было так, что моя жизнь зависела от того, употребляет сын или нет. Если он не употребляет – жизнь удалась! Я счастливая и довольная, и работа кипит, и хорошо все дома! Если он пьет – все! Я на работу не хочу, я дома ничего не хочу, я ни с кем встречаться лишний раз не хочу. Все, жизнь остановилась! И вот эти качели мне надоели, и я сказала сыну: «Я буду жить независимо от твоих употреблений, от твоей зависимости, ну а ты с этой проблемой борись сам». И вот сейчас он не пьет год и два месяца. За это время сын женился, они с женой купили дом, открыли бизнес – у них два бутика по продаже сотовых телефонов, т.е. все как бы замечательно. И я смотрю на изменения в нем. В нем еще осталась паника, когда что-нибудь случается, а тогда я ему говорю: «Прочитай молитву о душевном покое». И я чувствую, что через час-два уже он спокоен. А раньше у него была эта вечная загруженность, вечные претензии, что никто его не понимает, вечно он несчастный. Я вижу, как он меняется, потому что изменилась я. Я сама тоже очень эмоциональный человек, но сейчас я благодаря Программе стала намного спокойнее, намного увереннее. Если раньше, если что-то случалось, у меня была паника, то на данный момент у меня нет паники вообще ни в какой ситуации, потому что я твердо знаю, что Высшая Сила поможет. Хотя у меня не очень хорошие отношения с Высшей Силой, потому что я про Нее вспоминаю, только когда мне надо, и я потом всегда начинаю просить прощения, но когда мне надо, Высшая Сила отвечает на мои просьбы, на мои молитвы, и все происходит всегда так, как должно происходить, если даже это не так, как я хочу. И всегда вовремя. И я этому очень рада. И на сегодняшний день я считаю, что у меня все хорошо, все замечательно. Я не могу сказать, что на сегодняшний день я веду себя точно по Программе. Нет, я все тот же созик, я так же веду себя неправильно. Но когда я веду себя неправильно, я это вижу, я это чувствую, и я понимаю, что так делать нельзя. И когда-то это делаю, когда-то себя одергиваю. Я вижу, как ведут себя неправильно созависимые. У меня у подруги сын – наркоман. Она не хочет идти в Программу, ну никак! Когда я вижу, как она ведет себя, я просто не могу! Мне так хочется помочь ей! Но вот человек тоже в отрицании. Она не хочет этим заниматься, хотя это продолжается уже лет десять, если не больше. Я ей все время говорю, что она неправильно себя ведет. Она отвечает: «Я понимаю!» И продолжает вести себя также. Поэтому я благодарна Программе, я благодарна Ал-Анону, я благодарна девочкам всем нашим, я благодарна Анонимным Алкоголикам. Я никогда не думала, что я буду любить алкоголиков. Но я, правда, их всех очень люблю. Спасибо Высшей Силе! И спасибо вам за то, что пригласили.


У нас появился свой чат в Телеграм!
Вы можете вступить в чат и задать свои вопросы анонимно: @aakaz_chat


Подпишись на наш канал в Телеграм и получай новые статьи сразу после публикации: @aakaz_kz