Спикерская. 1 год и 2 месяца трезвости. A.J.

0
882

Здравствуйте!
Знаете, сначала я хотела составить план, подготовиться. Но потом поняла, что я пришла сюда не учить, а отдать. А что я могу отдать? Единственное, что я могу отдать – это свою любовь к вам. Потому что все, что со мной сегодня происходит, вся та благодать, которая спускается на меня каждый день свыше, без вас была бы невозможна. И я от всей души каждый день благодарю Бога за Содружество, за каждого из вас.
Алкогольная жизнь с 13 лет. Я помню прекрасно: мне понравилось. Анонимные мне говорили, что нормального человека должно стошнить. Ничего подобного! Мне понравилось состояние, этот кураж, легкость, сказка. И я всеми силами с 13 лет старалась сохранить это состояние. И я пила. Я не могу сказать, что у меня в жизни были такие проблемы, чтобы можно было упиваться. Я была избалована. Мама воспитывала меня одна, но она отдала мне все. Я пользовалась этим, я использовала это, использовала всех. И я пила. Ни о каком благе там речи не было, потому что алкоголь в то время был единственным другом, соратником, товарищем, который помогал мне справляться и с хорошими моментами, и с плохими, как мне казалось. Алкоголь помогал мне выходить замуж, переносить девять месяцев беременности, воспитывать детей, кормить молоком. Все это было вокруг алкоголя. И я не боялась, потому что он был рядом. Мне не было страшно. Вся моя жизнь была пронизана им. Просто в один момент он перестал воздействовать на меня, мало было эффекта. Я пила, но уже не было того эффекта, которого я хотела. И то я считала, что с 13 лет я хорошо продержалась. Я пила уже 15 лет! Мне все говорили: «Ты спиваешься!» Мне говорили это в 19, 20 лет, в 23 года. Меня к бабкам возили, камчой били, к Ак Ана возили, на ноги вставали, за волосы таскали, кодировали. Со мной делали все, что возможно делать с человеком в состоянии, подобном моему. Потому что все вокруг меня, в том числе, и мои друзья, пытались меня спасти. Они видели, что я куда-то качусь. И каждый раз, когда они пытались меня спасти, я пила еще больше. Моей силы воли мне хватало где-то на полгода. Я пыталась всем доказать, что я не алкоголичка: работала в поте лица, доказывала, становилась каким-нибудь «начальником», и потом опять бухала. Этого было достаточно, чтобы сказать миру, что я – не алкоголик. Просто в один «прекрасный» день, назло всему миру, назло своей жизни, я, в халате, зимой, залезла на подоконник. Страшно? Нет! Опасно? Нет! Мне было реально все равно. Я хотела покончить с этим раз и навсегда, потому что мозг мой, моя душа не принимала ни алкоголь уже, ни настоящую действительность, мне хотелось бежать куда-нибудь. Единственным спасением, если алкоголь не помогает, было окно! Но Бог сказал мне: «Нет, не сейчас!»
Я закодировалась, решив, что навсегда. Как любой зависимый человек, я ринулась в трудоголизм после такого. Мне говорили: «У нас такие алкоголики, как ты, очень многого добиваются. Давай, вперед!» И это было. Но это было на пределе возможного, так, что нервы были настолько натянуты, что я их не чувствовала. Это, как когда в спортзал ходишь и мышцы кровью забиваешь. И так 24 часа в сутки. 10 лет! Я привыкла к этой боли, я привыкла к боли без алкоголя. Я понимала, что это единственное состояние, в котором я в принципе жить могу. И я жила. Я пыталась. Я старалась. Я хотела. Я очень хотела и старалась! И, знаете, я в Программе поняла, что дно – это когда ты можешь оттолкуться и всплыть. Вот если не оттолкнешься, то ты будешь падать дальше. Можно катиться вниз с умопомрачительной скоростью и никогда не остановиться. И всегда будет мало. Но мне Бог как-то сказал: «Это дно!» И я смогла оттолкнуться. Я мезинцем своего пальца смогла со всей силы оттолкнуться!
Второй срыв был полным безумием. Это было очень тяжело. С первого дня, с 16 апреля 2016 года, когда я после десяти лет сухой трезвости употребила. Я прекрасно понимала, что я качусь. Но убеждала себя: «Ну ведь тогда же получилось остановиться. И в этот раз я смогу». Я не могда себе представить, что это был конец! Конец той реально безумной, сумасшедшей, абсолютно некчемной жизни. В ноябре 2016 года, когда закодировалась, я поняла, что кодировка меня спасла. А тут я под капельницей, а все мысли о пьянке. И через три дня после кодировки я начала уже пробовать алкоголь. Я нашла в интернете, как можно самой раскодироваться, и сделала это. Я в своих силах уверена. Если мне что-то надо, я это сделаю. Я через две недели бухала. И я знала, что я бухала в последний раз, что я упьюсь до смерти. Потому что мне больше ничего не надо! Это единственное, что я умею. Я не умею воспитывать детей. Я не умею работать. Я не умею выходить замуж. Я любить не умею. Я умею бухать. И я буду бухать, потому что это единственное, что я умею. Я люблю это!
Это была смерть. Я никогда не забуду этот день. Я взмолилась. Я сейчас молюсь в это окно. Каждое утро. В окно, в которое я молилась, чтобы Бог меня забрал, я молюсь сейчас о том, чтобы я жила и могла нести благо. Это удивительное окно! Это окно в новый мир. Я его периодически мою. А потом молюсь.
Что-то произошло. Помню, я шла с Сашей по улице и меня так колбасило. Я чувствовала, что я умираю. Мое сердце выпрыгивало. Я вцепилась в Сашу и взмолилась: « Если ты меня сейчас бросишь, забери тогда сразу детей. Я сейчас уйду, выпью последнюю бутылку и умру». А потом я сказала: «Мне говорили, что есть анонимные. Где-то я слышала, что есть такое общество». Ничего другого ведь не осталось. Мы стали искать в интернете. Пока он смотрел, я крутилась вокруг стола, потому что не могда сесть. Каждый знает это состояние, когда невозможно сесть. Я кружила по комнате. Это было безумно долго. Когда он нашел телефон, мама сказала: «Все, мы продаем квартиру и уезжаем в Алматы. Там точно есть группа. Однозначное решение было принято всей семьей за несколько секунд. Мы уже дали объявление на продажу квартиры. Но оказалось, что в Астане есть группа. Как сейчас помню, я позвонила и услышала голос мужчины. Очень уверенный голос, который спросил мое имя.
– У тебя проблемы с алкоголем?
– Да, у меня.
– Мы поможем. Приходи послезавтра. Будет группа.
Я всеми клетками своей души поверила, что мне помогут. У меня не было сомнений, потому что я знала, что или смерть, или я верю. Помню, на группе я сказала: «Привет всем, я алкоголик». Это был самый знаменательный шаг во всей моей жизни. Признание, что я алкоголик – это самое большое достояние в моей жизни. Я не помню, какой это был месяц. Я помню, что ходила на все собрания, что доставала всех анонимных, что пыталась выяснить, как это, почему это. Я делала все, что мне говорили. У меня не было ни капли сомнений в том, что это поможет, потому что мне сказали об этом на первом собрании, и я поверила. Все, что происходило вокруг, меня не касалось совершенно, потому что я поверила, что я нашла способ спасения. Я знала, что если я сейчас спасусь, то я спасу всех вокруг. Когда три недели назад напали сомнения, и меня колбасило, я рухнула на плечи одного анонимного, потому что мне хотелось сделать трепанацию черепа, чтобы выкинуть мозг. И это прошло. Через два часа я вернулась домой в таком состоянии, будто ничего и не было. Всем знакомая ситуация. Да, это так. Это больно. Но это не повод, чтобы пить. Мне и сейчас больно. Я сейчас хожу в тренажерный. Мне дают гантели, чтобы я занималась. Болят мышцы, но это не повод, чтобы бросить. Для себя я решила: буду жить долго, счастливо, умру в мягком кресле, вокруг будет много внуков. Я туда больше не вернусь! Если у кого-то когда-то возникают мысли, я могу только поддержать, я могу подставить ухо, выслушать, могу задать пару вопросов. Но каждый делает свой выбор в жизни сам. Для меня это было очевидно. Программа 12 Шагов изменила всю мою жизнь. Это то, что дает мне сегодня воздух, благодать, счастье. Что дает мне возможность не париться. Я услышала в одной спикерской: «Не парьтесь. Отдайте все Богу!» Я подумала, что должно будет пройти лет 20, чтобы я это все поняла. Нет, это не 20 лет, это даже не год. Это то, насколько вы готовы. Я была готова. Сейчас Первый Шаг – признание бессилия – у меня будет длинною в жизнь. С 13 лет поиски мои были постоянны, пока я не пришла сюда. Я пыталась признавать, пыталась смиряться, опять срывалась и опять боролась. Признать, что я алкоголик, мне помогли здесь. Во Втором Шаге мне дали задание писать 12 благодарностей Богу каждый день. Помню, я еду в машине, огромная пробка, и я вижу, что не успеваю забрать ребенка. И тут откуда-то из кустов выбегает гаишник, включает зеленый свет, и я первая проскакиваю на повороте. Я подумала: «Боже, это работает!» И я стала искать эти чудеса. Я искала на улице, я заходила в магазины, в подъезды, я заглядывала людям в глаза и искала Бога. Я все записывала. Я очень огорчалась, когда благодарностей было меньше двенадцати. Помню, еще раз – пробка, вокруг куча машин, два автобуса перегородили дорогу, ребенка не успеваю забрать. И первый раз в жизни перепоручила Богу. Как я отсюда выеду? Я откинулась в кресло и отключила сознание. Когда я открыла глаза, из этих автобусов выбежали два кондуктора и отогнали автобусы. Выехала оттуда я одна, потому что потом третий автобус перегородил всем дорогу. Я отъехала и посмотрела назад. Никто больше не выехал! Я поняла, что это работает! Я отдала все Ему: себя, детей, мужа, работу, карьеру, деньги, машины. Забирай! Я не умею с этим всем работать. Я не знаю, что с этим всем делать. А Ты знаешь. Забери! До сих пор так.
Четвертый Шаг. В таблице обид я поняла, что я – большая стерва, эгоистка, и что мне надо что-то с этим делать. В страхах я поняла одно: чем больше я боюсь, тем больше контролирую. Чтобы не бояться, надо отдать это Богу. Я отдала это Богу. Таблица секса: я перестала потреблять. Не только мужчин, женщин – тоже.
Пятый Шаг был для меня непонятным. Я его поняла только в 9-ке. Когда я делаю 9-ку, Пятый Шаг «льется» из меня. Мне становится так жалко людей, которым я столько бед причинила. Мне хочется кричать на весь мир: «Простите! Что мне нужно сделать, чтобы хоть как-то обезболить то, что я вам причинила!» Я понимаю, что это мои ощущения и эмоции, которые я не выплеснула в 5-ке.
Шестой и Седьмой Шаги – это пожизненно, потому что это работа с недостатками. Я тут бессильна. Только Бог! Это Бог делает мне трепанацию, это Бог вскрывает мне мозг, чистит его, моет, кладет обратно и говорит: «А теперь иди делать добро». Каждый раз, когда недостатки вылезают, мне больно, и я иду к Богу. Бог всегда, всегда держит меня за руку. Бог всегда найдет время и даст мне любовь, добро, ласку, всегда погладит по голове. Он прижмет к себе и скажет: «Не бойся».
В Восьмом Шаге у меня процентов 80 по списку отвалилось, потому что я такая, я очень много вгоняю себя в обиды.
Девятку до сих пор сдаю. Для меня это возможность лучше, глубже ощутить прикосновение Бога. Когда мне не хватает его сильно-сильно, я иду делать 9-ку. И ищу ее. А Он иногда сам подсказывает, а я думаю: «Точно! Как я забыла!» Я обожаю 9-ки. Они не все сделаны, но я очень стараюсь.
Десятый и Одиннадцатый Шаги – молитвы. Помню, спонсор мне сказал молиться 12 раз в день. Я молюсь 24 раза. 24 раза в день я произношу имя Аллах. Просто потому, что я должна его чувствовать, видеть, слышать. Я не могу без Него. Я умру! Если нужно будет, я буду больше это делать. Каждое мое движение, каждый жест – это все о Боге. Я поняла наконец, что я искала на самом деле не себя, а Его. Я искала своего Отца, я искала место возле Него. И когда это обретаешь, больше кары в течение дня нет. Если вдруг нечаянно в этой больной башке закрадется мысль опять: «А, сука, стоит опять, машину поставила!» – аж трясет! Это неприемлемо. Но это бывает. Что я делаю? Как меня и учили, я делаю добро. Благо в моем понимании – это все что угодно. Это звонок родственнице, которая болеет. Это улыбка знакомой. Я иду в люди. Раньше я закрывалась. Сейчас я иду по магазинам, иду в Хан Шатыр, я иду на улицы, я иду в детские сады, в школу, куда угодно. Если мне плохо, я иду к людям, потому что мне надо ощущать это, и люди, как индикаторы моего поведения, состояния. И если я вижу эти недостатки, мне нужно вскрыть этот чирь. Не факт, что он заживет. Не факт, что этот чирь с моими недостатками опять где-нибудь не вылезет. Но я сидеть не могу просто так. Потому что каждый день – это все о Нем.
Когда я была на Шестом и Седьмом Шаге, у меня была мысль уйти в монастырь. Было большое желание, потому что я знала, что мне жить там легче, в молитвах. Потому что Шестой и Седьмой Шаги – это бесконечные молитвы, молитвы. Я помню, мы вышли и стоит сосед. Он мне столько сказал благодарностей! У меня мозг взрывался. С чего он это взял? Я такая?! Ты ошибся! Это не я! Но где-то подсознательно я понимала – это Бог говорит. А Бог что? Он любит. Он любит через людей, через детей, через анонимных, через мать, через мужа, через жену. Он обнимает так. Ребенок подходит и обнимает – это не ребенок, это Бог обнимает.
Все это, все – благодаря тому, что есть Содружество. Я не знаю, что было бы со мной, если бы в тот день мы не нашли телефон группы. Я умерла бы, наверное. Огромное чувство признательности к каждому из вас. Потому что в моей жизни появилась семья, вот такая вот большая, вот такая вот любимая. Ведь у каждого из нас есть свои недостатки, но вы такие любимые. Если здесь что-то происходит, то с любимыми, потому что я знаю, что честнее людей больше нигде я не встречу. Огромная вам благодарность. Каждому!

A.J. Казахстан


У нас появился свой чат в Телеграм!
Вы можете вступить в чат и задать свои вопросы анонимно: @aakaz_chat


Подпишись на наш канал в Телеграм и получай новые статьи сразу после публикации: @aakaz_kz