Спикерская -опыт здорового общения с зависимыми детьми и родственниками.

1203

Спикерская. Илья Владимирович, сотрудник детского наркологического центра,
выздоравливающий наркоман.
Хочется поделиться опытом сегодня.

Рекомендую ходить родственникам на собрания Нар-Анон.
Выздоравливаю по программе 12 шагов.

Начну со своей истории. Мое знакомство с веществами началось с 13 лет, в моем дворе жили друзья, старше меня, которые ездили в соседний город, рвали какую-то траву и варили. Однажды, я поехал с ними и нас поймали полицейские.  Я не был знаком с наркотиками, не знал что это такое. Моей маме на работу позвонили и сказали, что ее сына поймали с 2 кг. наркотиков, ей сразу стало плохо. Приехала меня вызволять, я конечно пообещал, что подобного не повторится, но уже тогда я понял, что не стоит сообщать обо всех своих передвижениях родителям, надо быть гораздо скрытнее, меньше будет проблем. Начал курить сигареты, употреблять наркотики и даже продавать,  и в 9 классе меня поймал завуч, после долгой беседы, не добившись от меня, что да как, мне сказали, что при употреблении до 20 лет я вряд ли доживу. Я посмеялся на это. Начался такой период, когда мама стала замечать, что со мной что-то происходит. На вопрос, почему красные глаза, у меня всегда находились отговорки, ходил в бассейн, засиделись с другом у компьютера и т.п. Вранье конечно всплывало и ситуация усугублялась. Папа и родной брат, находились всегда в стороне, жестко отстаивали свои границы, денег старались не давать, угрожали полицией и в переговоры со мной не вступали. А наркоман я был в активном употреблении, и разговаривать со мной было бесполезно. Я был как террорист, с которым переговоры бесполезны. А с мамой было проще, я все время манипулировал и выманивал деньги. Самое печальное, что мама понимала, что деньги нужны были мне на наркотики. Она каждый раз плакала и спрашивала, когда же ты завяжешь с наркотиками. И дедушка, и мой родной дядя поддерживали маму и тоже переживали. Конечно, я благодарен маме, испытывая чувство вины перед ней, я пытался сразу заглушить его наркотиками, а ей приходилось очень тяжело. Сложно представить, сколько нужно внутренних сил, терпения, не потерять надежду, веру. Это дорогого стоит.

В 24 года я попал в ребцентр, на тот момент с родителями не было возможности употреблять, и я съехал. Я жил у таких же наркоманов и дошел до дна.  Каждую субботу я приходил в дом к родителям на традиционный обед и наступил момент, когда меня перестали пускать. Ничего меня не останавливало, ни отчисление с техникума, с института, ни увольнение с многочисленных работ. Всегда находились какие-то причины, я жаловался на жизнь. Ни смерть и аресты моих употребителей, ни желание родителей со мной общаться, ничего меня не останавливало. Очень сложно было моей маме закрыть передо мной дверь первый раз, я чувствую вину до сих пор пере ней, не знаю смогу ли загладить ее. Маме все же я звонил, и связь с ней, давала мне какую-то надежду, и однажды я согласился на ее неоднократное предложение поехать в ребцентр. Я поехал на 2 недели, и вскоре понял, что меня обманули, как вы можете, родного сына, хотя долгие годы я обманывал своих родственников и вел себя как паразит. Я пробыл в центре 5 мес. и меня выгнали оттуда, так как я завел отношения с девушкой, которая тоже там лежала. Я очень благодарен за то время именно моей маме. Когда я вышел, я ничего не понимал, как жить, куда идти. В центре я узнал  о сообществах Анонимных Наркоманов. Помню, приехал домой и начал посещать эти собрания. Каждый раз, когда я возвращался, мама по старой привычке, смотрела мне в глаза, проверяя все ли в порядке, не доверяя и меня это раздражало. Только на Сегодня я понимаю этот пласт недоверия и даже пытался учить своих родителей, указывая им на их дефекты. И мое чувство вины за все, что я сделал в употреблении, оно сразу же переходило в агрессию. Особенно, когда напоминали, что надо идти на работу. Было очень много скандалов. Мои родители не ходят на собрания для родственников и не принимали программу 12 шагов. Только после 9 шага, после возмещения ущерба, когда надо было просто подойти к папе и попросить прощения, на деле оказалось очень нелегко. Хотя в программе я много прописывал, понимал и осознавал свою вину, видел свою неуправляемость. Сначала я подошел к маме, попросил прощения, она начала плакать, сказала, что от радости, и поинтересовалась, почему подошел с прощением, спустя долгое время. Я объяснил ей, что делаю осознанно. У многих родственников я просил прощения и возмещал ущерб, до сих пор 50 процентов от зарплаты я отдаю родственникам.  Изменения во мне стали замечать. Но, ни брат, ни папа, так и не поняли, что наркомания это неизлечимая болезнь. Дома все чаще я молчу, потому что, мне сложно не ввязываться в их манипуляторные отношения, к сожалению, мои родители так и остались созависимыми. Мне жаль, что они не в программе. На тему моего употребления мы не разговариваем, рубцы на сердце моей мамы так и остались и ничего она с ними не делает. Не совсем понимают мои родственники, зачем до сих пор я посещаю собрания Анонимных Наркоманов. На сегодня я понимаю, что только это и есть мое выздоровление. Маму я пытался направить в Нар-Анон, но понял, что это бесполезно. Как она когда-то пыталась достучаться до меня, и это было бесполезно. Так и я не могу достучаться до нее сейчас. Я понял, что это метод убеждения, не всегда помогает. На собраниях Анонимных Наркоманов спустя 6 мес. мне предложили работу в ребцентре, хотя я учился на тот момент технической специальности, и родители, работающие тоже всегда  на заводах,  не поняли моего выбора, не поддержали.

Но, недавно, я в потребности самореализации, начал искать себе хобби, нашел себя в изготовлении кожаных изделий. К счастью, родители поддержали меня, даже сделали перестановку в квартире, выделили мне рабочее место. Это я отношу к результатам работы по программе 12 шагов, как подарок от программы и Бога.

 


У нас появился свой чат в Телеграм!
Вы можете вступить в чат и задать свои вопросы анонимно: @aakaz_chat


Подпишись на наш канал в Телеграм и получай новые статьи сразу после публикации: @aakaz_kz